Find Event

Бизнес-мероприятия и другие события недели
на нашем сайте

Блудливые коровы

12 октября

Наталья Лазарева (CITYСELEBRITY)

Вы знаете, кого называют блудливыми коровами? Когда деревенское стадо размеренно вышагивает на выпас, какая-нибудь бурёнка обязательно свернёт на незаметную тропинку и убредёт в соседнюю деревню или на колхозное поле. Хозяйки ищут таких коров, проклиная всё на свете, бренча пустыми подойниками  и грозя кулаками неповинным пастухам. Углядеть за блудливой скотиной практически невозможно.
Что толкает послушных домашних животных в лесную чащу, на заброшенную дорогу или высокий косогор? Что они ищут день за днём, о чём мечтают? Может быть, в них переселились души великих путешественников и первооткрывателей – колумбов, лаптевых, берингов и пржевальских? Как знать, как знать…
Если верить в реинкарнацию, в нас с Людкой переселились души блудливых коров. Именно так нас и называли родители и учителя.
Порой мы выходили в школу, но вместо того, чтобы дожидаться на пустынной платформе электрички, шли в парк и до потери пульса катались с горки на портфелях, забыв про уроки. Или помогали усталой старушке донести неподъёмную сумку на другой конец города, а потом оставались на чай, разглядывали семейные фотоальбомы и слушали бесконечные истории про всех родственников, запечатлённых на потемневших снимках. Мы подбирали и кормили побитых собак, носили к ветеринару чью-то кошку, помогали сажать деревья – да мало ли чего интересного на свете!
После каждого похода нас встречали разъярённые мамаши с ремнями. Экзекуция Людки сопровождалась криками: «Сколько раз тебе говорить: не шляйся с ней! Она – отличница, всё знает, а ты из-за неё на второй год останешься!» Свист ремня за моей спиной вторил родительским увещеваниям: «Чтоб я тебя рядом с Людкой больше не видела! Она – двоечница, ей всё равно, а тебе учиться надо!»
И вот измученные родители и учителя собрались на совет и придумали небывалые меры контроля: на нас двоих (возможно, единственный в школьной истории всех времён и народов случай) завели специальные дневники, в которых отмечалось время прибытия и убытия на маршрутах  «Дом-школа» и «Школа-дом». 
Утром мама записывала: «Вышла из дома в 7.15. Подпись». Мы с Людкой рысили в школу, где первым делом неслись в учительскую, чтобы получить в дневник запись: «Пришла в школу в 7.50. Подпись». После продлёнки всё происходило с точностью до наоборот. Мы лихорадочно искали выход из положения. Он, как всегда, пришёл неожиданно.
Узнав о необычных дневниках, к воспитательному процессу подключились все педагоги. Страницы запестрели немыслимыми требованиями и замечаниями. Физрук напоминал, что на урок надо приходить в  спортивной форме, соответствующей по цвету  и фасону общепринятой; учитель ритмики настаивал на приобретении каких-то специальных туфель; биологичка ставила на вид, что только я не принесла  горшки с комнатными цветами для украшения кабинета; пионервожатый возмущался моим потрёпанным галстуком, сообщая, что пионер – всем ребятам пример… Мама была уже и не рада, что ввязалась в это, но изменить ничего не могла.
Морозным зимним днём Татра (так мы называли невероятно злую учительницу русского языка и литературы), и до описываемых событий не упускавшая случая посмеяться надо мной, выгнала меня из класса за десять минут до звонка. Её разозлило, что домашнее задание я написала карандашом. Она потребовала немедленно принести от матери расписку в том, что у нас нет чернил. Я не уходила, чуть не плача, взывала к благоразумию учительницы: мол,  домой и обратно я быстрее чем за полтора часа не успею, и пропущу следующий урок, и школа закроется, и я не смогу забрать портфель и выполнить задания на завтра, и дома-то никого сейчас нет!!! Татра вытолкала меня за дверь.
Я оделась и, нога за ногу, потащилась к переезду, не замечая нежного разноцветья зажигающихся фонарей, светофоров и окон в мягких сумерках.  Замёрзнув, вошла в магазин и, поздоровавшись, обратилась к продавщице, неторопливо подсчитывающей что-то в толстом журнале: «Тётенька, пожалуйста, распишитесь у меня в дневнике!» Тётенька заорала: «Ах, какая ты умная! Нет, неси домой свои двойки, пусть родители полюбуются! Ты из какой школы? Я сейчас к директору пойду!» Я выскочила на улицу и побежала назад. Сдав пальто в гардероб, села перед закрытым медпунктом и, стараясь выводить кривые буквы, похожие на мамины каракули, написала требуемый текст. Татра пришла в бешенство: «Ты же говорила, что матери дома нет! И как ты смогла за десять минут обернуться?! Чтобы завтра же мать была у меня!» 
После уроков я свернула в парк и, разорвав ненавистный дневник, закопала его в сугроб. Маме сказала, что дневник потерялся. Учителям – что мама довольна моим поведением и больше не нуждается в контрольном дневнике. Потом я заболела. А потом были каникулы. И Людка с семьёй переехала жить в другой город. После каникул о дневниках больше никто никогда не вспоминал.

Сказка подана через федеральную сеть городских порталов Citycelebrity.ru 
http://citycelebrity.ru/citycelebrity/Post.aspx?PostId=24557